Мой путь

Мой путь в психотерапию

Очень завидую тем, кто с самого детства знает, чего он хочет – и идёт по давно намеченному пути к своей цели. Мой путь в психотерапию был не такой прямой и ясный.

В детстве я хотела стать космонавтом, а уж никак не психологом. И когда ближе к окончанию школы встал вопрос о моём дальнейшем образовании, я никак не могла определиться. Я хорошо училась и математика давалась мне так же легко, как химия и черчение. Родители посоветовали поступать на филологический факультет, потому что я люблю читать книги и сама в то время писала стихи и рассказы. Поскольку выбирать мне было не из чего, я согласилась. Сдала экзамены, прошла по конкурсу и стала учиться на отделении журналистики филологического факультета. В конце первого курса я уже чётко понимала, что не хочу быть журналистом. Помню, как родители уговаривали меня поучиться ещё немного, вдруг я передумаю. А решающим агрументом для меня стали слова подруги: “Когда я закончила первый курс, я тоже не хотела быть экономистом. А сейчас я заканчиваю пятый курс – и мне моя будущая профессия очень нравится”.

Этим летом я впервые пошла к психологу как клиент. У меня была первая любовь и первое разочарование. Я размазывала слёзы и недоумевала, почему Он выбрал не меня, а другую девушку, ведь она же ничем не лучше меня, ничем не лучше! И Наталья Ивановна утешала меня и говорила: “Да, она не лучше, она просто другая, просто другая”. Наша встреча произвела на меня сильное впечатление. Я влюбилась в Наталью Ивановну. Она стала моим идеалом психотерапевта. Мы жили в разных городах. Какое-то время переписывалась. И встречались редко, раз в несколько лет. Я и сейчас вспоминаю о ней с большим теплом и благодарностью. Она особенная и я счастлива, что знакома с ней. Да, мой первый клиентский опыт был очень удачным.

Я продолжала учиться на факультете филологии и журналистики, но учёба моя не заладилась. Рискуя быть отчисленной, я пропускала пары: спала до обеда, а после пробуждения читала книги и общалась с подругами. Думаю, лишь мой хороший интеллект позволял мне сдавать сессии и переходить к курса на курс. Ну, правда, я скатилась на тройки и некоторые экзамены пересдавала неоднократно, но всё-таки продолжала числиться на отделении журналистики.

На третьем курсе у меня случилась любовь наоборот. В меня влюбился парень, к которому я была практически равнодушна. Что меня волновало, так это то, что я не люблю, никак не могу полюбить такого со всех сторон положительного молодого человека. Наталья Ивановна была далеко и я со своей бедой отправилась в психологическую службу университета. Раз в неделю я приходила к Татьяне Николаевне, чтобы поговорить о себе, своей жизни, своих проблемах. Тогда же я впервые участвовала в психологической группе, которая собиралась около 12 раз.

На четвёртом курсе у нас читал курс по психологии Николай Иванович Мелешко. Он уверял нас, что в психологию приходят, чтобы разогнать своих “гусей”. Я уже писала, что целыми днями прогуливала занятия. Но к нему ходила всегда. Он провел длиннющий тест MMPI и рассказывал, что означает ношение колец на разных пальцах. Кажется, все студентки из нашей группы были немного в него влюблены. Он проводил индивидуальные консультации и я к нему отправилась с запросом, что же мне делать дальше – быть психологом или не быть. Это была очень короткая консультация. Николай Иванович посмотрел результаты моего теста, сказал, что я могу проводить индивидуальные консультации и у меня хорошие данные для ведения групп. Так что он не видит никаких препятствий. Он вообще не разбирался в моих сложностях, а просто сказал: “Да, из тебя получится хороший психолог, иди, учись”. Вроде как, благословил.  Наталья Ивановна тоже поддерживала меня в моём решении. Но мне понадобилось ещё полгода, чтобы весной совершить реальный шаг и перевестись на социально-психологический факультет. Всё лето я сдавала недостающие мне зачёты и экзамены, и с сентября начала учиться на третьем курсе.

Эти три года моей учёбы – прекрасное и волшебное время моей жизни. Я, бывшая не в силах проснуться к 12-ти часам дня, теперь вставала рано утром – и бегом бежала на лекции и семинары. Мне было интересно на каждой паре и я наслаждалась учёбой. В эти годы я два раза ездила на психотерапевтические декадники в Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей, а так же, по рекомендации Натальи Ивановны, три недели училась у Ричарда Коннера в его Институте семейного консультирования. В те годы я познакомилась с разными направлениями психотерапии – и сразу и навсегда полюбила экзистенциальную психотерапию, с воодушевлением читала Ялома, Фромма, Мея, Бьюдженталя. И мечтала, что буду работать именно так.

Но мои мечты осуществились не сразу. Получив на руки диплом, я уехала в Москву.

Две недели в столице – подарок родителей на окончание университета. И пока я гуляла по Арбату и музеям, мне пришла в голову мысль: “А не остаться ли мне здесь?” И я стала гулять по интернет-кафе (чтобы посмотреть вакансии и разослать резюме) и собеседованиям. Я нашла работу секретаря в фармацевтической фирме. Но психология оставалась моей заветной мечтой, окончательной целью. Через несколько месяцев я нашла себе место секретаря в рекрутинговом агентстве. И постепенно я стала работать менеджером по подбору персонала. Конечно, это было не психологическое консультирование, однако я встречалась с людьми, ищущими работу и проводила собеседования. Вскоре я познакомилась со своим будущим мужем, мы стали жить вместе и через полгода переехали из Москвы в Зеленоград.

И я снова работала на разных работах – сначала в кадровом агентстве в Зеленограде, потом стала секретарём в газете 41 (вспомнила своё журналистское прошлое). А следом незаметно оказалась в “Энергии” – детско-юношеском центре по работе с детьми и подростками по месту жительства.

Работа у меня была в основном бумажная, хотя несколько раз к нам приходили за консультацией подростки – и тогда я выступала в качестве психолога, беседуя с ними.

Летом в “Энергии” был организован психологический лагерь, где было много интересных упражнений и тренингов.

В это время в “Энергии” организовалась игра социальная “Команда” – и я была вожатой одной из команд. Ещё я проводила клубные вечера. Ездила вожатой в лагеря. Полтора года я получала опыт взаимодействия с детьми 10 – 18 лет.

А потом работа, подростки, психология, всё отошло на второй план – я забеременела и родила своего желанного долгожданного мальчика Андрея. И первый год его жизни я открывала для себя мир материнства.

Я узнавала, как это – быть главной для маленького беззащитного человечка, который целиком и полностью от меня зависит. И я многое узнавала про себя, проводя дни и ночи с маленьким сыном. Хочу работать психологом, психотерапевтом. Хочу идти своим путём.

Так, родившись как мать, я родилась и как психотерапевт.

Андрею шёл второй год, когда я в 2007 году пришла в центр “Вера”. Там я много общалась с коллегами, ходила на психотерапевтические группы и тренинги и, конечно, проводила свои первые консультации с клиентами. Я считаю это время началом моей психотерапевтической практики, потому что именно тогда стала брать с клиентов деньги, пусть и небольшие. И в этих первых платных консультациях я увидела, что для эффективной работы мне недостаточно знаний и умений, которые у меня есть в данный момент. Я стала искать, где учиться. Как говориться, на ловца и зверь бежит. В центре я встретила свою давнюю знакомую Надю Залевскую – и она с восторгом рассказывала мне о своём обучении в Центре помогающей психологии “Линия времени”. Наслушавшись её восхищённых отзывов, я тоже пошла туда учиться.

Учёба в “Линии времени” дала мне множество технических навыков. Но важнее самих знаний для меня было нахождение в среде коллег, поддержка преподавателей. Я училась у Алёны Улитовой (у неё же проходила личную терапию). Атмосфера, которую в группе создавала Алёна, была потрясающей. Я чувствовала безопасность и одобрение. Для меня, делающей первые неуверенные шаги в психотерапии, вера в меня моего преподавателя была необходимой, как кислород. Алёна очень тепло, очень по-человечески, неформально относится к своим студентам. И именно такому отношению к клиентам я у неё училась.

Мне стало легко работать с клиентами. За пару часов я мастерски уточняла запрос, ставила цель, подбирала гештальт-технику и проводила её. Клиенты уходили довольные, но я чувствовала раздражение. В чём мы не сходились с Алёной, которой я очень доверяла, так это в длительности терапии. Она была уверенна, что нет никакой необходимости “привязывать” к себе клиента и годами лечить то, что лечится за три встречи. Я же понимала, что хочу работать как Ялом и Бьюдженталь – медленно, постепенно. В то время у меня родилась метафора человеческой жизни, как плавания корабля.

Некоторые люди (корабли) приходят на терапию и говорят: “Ой, у меня штурвал заело” или “Что-то я не могу натягивать паруса” или “Научите меня ловить попутный ветер”. Для таких самая подходящая терапия – краткосрочная. Но есть и другие люди, которые в какой-то момент понимают, что их корабль плывёт туда, куда им совсем не хочется. Ситуация осложняется тем, что люди не знают, а куда же на самом деле они хотят плыть. Как раз с такими людьми, у которых и штурвал крутится отлично, и с парусами полный порядок, а ощущения счастья от жизни никак не приходит, я и хотела работать в долговременной терапии.

И я решилась на эксперимент – нескольким новым клиентам предложила работать долго, без техник, только разговаривая. О, как же мне было страшно, как же мне хотелось ухватиться за привычные техники! С каким трудом я удерживала себя от того, чтобы поставить чёткую цель – и быстренько её достигнуть! Я благодарна моим клиентам, которые рискнули отправиться в путешествие вместе со мной и оставались, хотя, уверенна, тоже чувствовали себя неуверенно и нестабильно.

Я забеременела во второй раз и родила красавицу дочку. Пока она подрастала, я начала ходить на долговременную терапию в качестве клиента, и думала, как же мне обрести уверенность, получить подтверждение, что я права? Одних книг по экзистенциальной психотерапии и мнения моего психотерапевта оказалось явно недостаточно. Ответ был прост: надо идти учиться туда, где “проповедуют” как раз такой подход. И я пошла учиться к Ирине Млодик в группу “Неспешность и подлинность”. Было большим облегчением и радостью оказаться среди людей, которые думают так же, как и я. Все мои одногруппницы (и единственный одногруппник) работали или планировали работать в долговременном формате. Это было так естественно. И ничуть не подвергалось сомнению. Ирина совсем не учила нас техникам. Она призывала нас быть. Быть живыми, чуткими, внимательными к себе, к клиентам, к происходящему между во время сессии. Она говорила, что её цель помочь каждому из нас найти свой индивидуальный стиль работы. Мы много обсуждали учебные сессии. Учились видеть сопротивление, перенос, контрперенос, феномены клиента и многое другое, на что важно обращать внимание в работе.

Теперь, имея клиентский опыт долговременной терапии и обретя группу поддержки, я стала увереннее, расслабленнее, спокойнее работать с клиентами. Я лучше знаю себя, больше понимаю в происходящем между клиентом и терапевтом, я верю в долговременную терапию, я хочу быть с клиентом во время сессии, я готова к настоящей Встрече с ним.

Моя третья беременность наступила неожиданно для меня, и сначала я расстроилась, что ребёнок помешает любимой работе. Но, как ни странно, рождение младшего сына очень продвинуло меня в психотерапии. Отношения с детьми – бесценны сами по себе, и ещё они позволяют мне сближаться с моим внутренним ребёнком и помогают мне увидеть детскую часть в моих клиентах.

Сейчас я хожу на личную терапию, встречаюсь с коллегами в интервизорской группе, регулярно беру супервизии. В декабре 2013 я начала учиться на базовом уровне по экзистенциальной психотерапии в HEPI. Я веду занятия по подготовке к родам для беременных. И ещё я работаю психотерапевтом. В долговременной экзистенциальной психотерапии – так, как мечтала с 18 лет. И это не так просто, как я думала когда-то. У меня много сомнений – и я никогда не знаю, в какое путешествие мы отправимся с очередным клиентом, и как далеко сможем зайти. Я тревожусь о том, чтобы не причинить боль своим клиентам, но понимаю, что иногда эта боль неизбежна.   Я стремлюсь поддерживать своих клиентов, но, к сожалению, не всегда могу быть им опорой.

Когда-то я думала, что главное – найти свой путь. В общем-то, на тот момент, это и было главным для меня. Теперь я понимаю, что мне требуется мужество, чтобы оставаться верной себе и своему пути, идти по нему и выдерживать испытания, которые мне встречаются.